Несколько месяцев назад вернулся из зоны специальной военной операции на Украине наш земляк Сергей Фёдорович Разживин из Ташлы. Мужчина почти двадцать недель провёл на передовой в составе добровольческого батальона «Яик» 72-й мотострелковой отдельной бригады Вооружённых Сил РФ, защищая мирных жителей Донецкой и Луганской Народных Республик.
«САНТА КЛАУС» ПОМНИТ КАЖДОГО
-Подразделение «там» носит имя «оренбургская бригада», поскольку сформирована она на территории нашей области. Почти все ребята, кто служит в ней, проходили ускоренные военные курсы на территории Тоцкого гарнизона, в том числе и я, — поясняет мужчина, рассказывая о непростом периоде своей жизни.
Показывая сохранившиеся фото, мужчина с грустью говорил о своих товарищах, с которыми стояли плечом к плечу. На большом общем снимке легко угадывается Сергей Фёдорович, хотя тогда он и носил длинную бороду. Кстати, именно из-за неё он и получил позывной «Санта Клаус». Убелённый сединой мужчина сидит почти по центру – в своей роте был одним из самых старших бойцов: братья по оружию называли его «дед», добавляя в такое простое обращение немало тепла – ведь каждому из них он был, как отец.
-Наши ребята… Кого-то уже нет в живых – пали в бою. Помню каждого, порой не зная или уже забыв имя и фамилию, но не позывной – все они остались в памяти, прочно засев в голове, — говорил он с грустью, вспоминая о времени, проведённом в зоне СВО, где весь батальон – большая и дружная семья. – В составе подразделения было немало тех, кому уже за 50 лет. У многих за плечами — Афганская, Чеченские, Сирийская и другие военные операции. «Тёртые калачи» по личным убеждениям вставали на защиту Родины – даже сейчас в обществе немало идёт разговоров о том, что «рвутся» все сюда из-за денег, льгот и довольствия. Это совсем не так. Мы знали, на что шли, подписывая контракт. Заранее свыклись с мыслью, что можем не вернуться домой к семье, к родным. И это не остановило ни одного: смерть гуляла рядом с нами, были погибшие, но никто не побежал, остались в строю. А сколько мужчин после окончания контракта заключили новый, продолжая начатое дело по освобождению территорий Украины от неонацистов, завершая дело наших отцов и дедов, воевавших в 40-х годах прошлого столетия!
ВНЕСТИ СВОЙ ВКЛАД
Сам Сергей Фёдорович подписал контракт в августе прошлого года, но на передовую попал лишь в конце сентября – тогда Оренбуржье отправило в Ростовскую область спецэшелоном четыре вагона
с добровольцами. Мужчине было 63 года.
Пройдя обучение в Нижнепавловских военных лагерях, он должен был пополнить ряды Новочеркасского казачьего батальона, но получилось всё иначе. Уже на месте атаман войска, узнав
возраст мужчины, отправил его назад с автобусом, на котором добирались до места назначения. Мужчина не сдался – вернувшись в Оренбург, направился сразу в областной военкомат. И уже там после длительного и вкрадчивого разговора получил «добро» на отправку на спецоперацию после ещё одной подготовки уже в Тоцком гарнизоне.
-Почему же так хотели принимать участие в военных действиях? – спрашиваю, всматриваясь в серьёзное лицо мужчины, внимательно изучая его сосредоточенный взгляд – воспоминания об этом и подтолкнувших причинах ему давались нелегко.
-Терять мне было нечего, — признаётся он, тая в себе большую боль. – Жена умерла три года назад, а до этого погиб наш единственный сын, не успев создать семью, не подарив внуков. Вот я и решил, что, если пойду добровольцем, смогу кого-то из молодых ребят уберечь, дав шанс на нормальную жизнь без ужасов войны, без таких воспоминаний. Я не проходил срочную службу в армии, не знал подготовки, не держал в руках автомат, но это не остановило. Был готов служить кем и где угодно –готовить и чинить технику, подвозить снаряды или провизию – мне было важно внести свой вклад, помочь землякам там, на передовой.
ЗАРЯЖАЙ! ПЛИ!
После ускоренных военных курсов Сергей Фёдорович получил специальность заряжающего миномёта – на одно такое орудие требуется пятеро бойцов: командир отделения, наводчик, заряжающий, снарядный, подносчик.
-Один снаряд-мина весит 18 килограммов! А сколько их было запущено за все время или за день не считал даже – мы три-четыре прицельных выстрела делали и замолкали: приходил черёд другого орудия, чтобы нас с воздуха не засекли, — продолжает мужчина. – Знаете, сколько там дронов со стороны ВСУ! Так и кружат в воздухе. Техникой противника снабжают «друзья» со всех сторон. Бывало, бесшумно к нашему расположению подлетит дрон, скинет гранату – и всё, на месте только воронка зияет. Мы так однажды без бани остались – вырыли в лесу землянку, из подручных материалов сварили печку-буржуйку. Только один раз помыться и успели – снаряд угодил. Благо, что никого из ребят в этот момент внутри не было. Кстати, именно поэтому, чтобы сократить возможные потери, жили в «берлогах» по одному-два бойца, максимально рассредоточившись по территории, а не в больших землянках на случай «залетевшего» снаряда – ведь обстрелы шли и днём, и ночью.
Не раз Сергей Фёдорович Разживин оказывался на волоске от смерти, попадал в сложные передряги, но будто высшие силы хранили его.
-На войне нет неверующих – каждый обретает либо укрепляет веру в Бога или Аллаха, — уверен он. – Нередко бывали такие моменты, когда спастись могли только чудом. Как тут не верить? От судьбы тоже не уйти, поэтому спустя время не стал надевать бронежилет. Настали холода, а находиться сутками напролёт в «защите» очень сложно – только один бронежилет весит больше двадцати килограммов. А если к этому ещё добавить вооружение и тактическую разгрузку – передвигаться и маневрировать в таком обмундировании, тем более в сезон холодов, очень непросто. Считал так: «Если судьба погибнуть, то и бронежилет не поможет». Хотя не раз за это самовольство и отчитывал меня командир.
-Был ли страх? – спрашиваю осторожно.
-Да, был. Позже пришло спокойствие, паника пропала, проснулась тяга к жизни. Всё это помогает быстрее передвигаться, лучше слышать командира, быстрее реагировать на команды. Мы были уверены друг в друге, доверяли свои жизни, знали, что «прикроют», а мы в ответ «хранили» других ребят,- сказал С.Ф. Разживин.
ЕГО ВОЙНА ЗАКОНЧИЛАСЬ
Почти сразу после принятия поправок к закону «О воинской обязанности и военной службе», на передовой спецоперации по большей части остались бойцы сержантского и рядового состава
младше 50 лет. Не продлили контракт и Сергею Фёдоровичу Разживину.
Беседуя с ветераном боевых действий, не могла не спросить насчёт гуманитарной помощи.
-Было такое, что пару раз приходила к нам гуманитарка, но тогда это движение не достигло такого пика, — делится мужчина. – Сейчас, конечно, всё намного проще – связь уже налажена. Знаю, что у нас в Ташле да и во многих других районах области ведут подобную работу: делают маскировочные сети и костюмы, собирают помощь. Спасибо всем за это! Всё доходит до наших ребят!
Уже несколько месяцев прошло с того времени, как закончились боевые действия для Сергея Фёдоровича, который после возвращения переехал из Первомайского района в Ташлу, где получил второй шанс на личное счастье.
-Нет у меня медалей и выдающихся наград, я просто выполнял поставленную задачу, — говорит С.Ф. Разживин. — Главное, что вернулся домой живой и здоровый, испытал себя на прочность, узнал свои возможности. Тянет ли меня назад? Тянет! Да и среди наших бойцов немало таких, кто раз за разом возвращались назад, продлевая контракт ради того, чтобы военные действия не пришли сюда, а над нашими головами всегда было чистое и мирное небо.
Вера ЛУКОВЕНКОВА
Перепечатка и репосты статьи без указания авторства и источника запрещены.
